Моисей

«Верою Моисей, придя в возраст, отказался называться сыном дочери фараоновой, и лучше захотел страдать с народом Божиим, нежели иметь временное греховное наслаждение, и поношение Христово почел большим для себя богатством, нежели Египетские сокровища: ибо он взирал на воздаяние. Верою оставил он Египет, не убоявшись гнева царского, ибо он, как бы видя невидимого, был тверд» (Евреям 11:24-27).

В одиннадцатой главе Послания к евреям Господь проводит перед нашими глазами вереницу героев веры. В высшей степени драгоценно посмотреть, как Господь делает это. Он дает нам в самых коротких словах историю жизни то одного, то другого из Божиих возлюбленных прежних времен. Конечно, это может быть только извлечением из всей их жизни, потому что Дух Святой берет одну черту или несколько черточек из хождения верою которого-нибудь из святых Ветхого Завета, ставит ее или их перед нами, озаряет их Своим божественным светом, и красота и привлекательность этого облика мужа начинает притягивать нас и одновременно побуждает нас следовать его вере и жизни.

Может быть, мы удивленно спрашиваем: почему же, однако, нам приводятся в пример столь многие мужи? Мы могли бы взять в пример одного — может быть, того из них, который шел через этот мир в условиях, более или менее похожих на наши обстоятельства.

О, наш дорогой небесный Отец знает, как многосторонне образуется наша жизнь и через сколько различных обстоятельств приходится идти Его детям, пока они не придут к Его цели; поэтому Он поставил перед нами таких различных мужей из числа Своих верных, чтобы в известные времена мы могли учиться у одного из них и в другое время — у другого.

В вышеприведенных стихах Дух Святой представил нам Моисея. Желая выяснить, чему же именно Господь хотел научить нас этим коротким жизненным очерком, я нашел в нем одно слово, которое дало мне, как я надеюсь, верное направление для правильного понимания этого очерка. Это то слово, которое мне вовсе не казалось подходящим для Моисея, потому что оно затрагивает тягчайшие испытания нашего достославного Господа, а именно: «поношение Христово». Оно побудило меня судить так, что если Дух Святой, давший нам это слово, свидетельствует о жизни этого раба Божия как о прожитой в «поношении Христовом», то ясно, что Он обозначает Моисея как верный прообраз истинного христианина и таким ставит его перед нашими духовными глазами. Из того, что Он говорит нам здесь о Моисее, мы должны действительно понять и усвоить то, каким образом делаешься истинным христианином, как ходишь, будучи христианином, и как достигаешь цели, как христианин.

Выясним же у Моисея,

Как сделаться истинным христианином

Моисей сделался христианином, или чадом Божиим, верою. Во всем отрывке о нем все снова и снова звучит: «верою, верою, верою». Итак, началом его пути была вера, середина его — тоже вера, и точно так же конец его.

Израильтянином он стал по рождению; такое положение по плоти дало ему место среди народа, который Бог избрал среди других народов, но еще не дало ему места в небесном царстве. Правило Божие всегда было таково: «Ибо не тот иудей, кто таков по наружности, но тот иудей, кто внутренне таков» (Рим. 2:28-29). Чтобы иметь место в царствии небесном, он должен был прийти к Богу, сказавшему: «Дам вам сердце новое, и дух новый дам вам; и… вложу внутрь вас Дух Мой» (Иез. 36:26-27). Бог сказал это всем израильтянам, потому что только так они могли сделаться израильтянами внутренне.

Теперь же каждый, кто хочет прийти» к Богу, должен веровать (Евр. 11:6). Он должен веровать, что только Бог может обновить его, что так, как он есть — сам по себе, — он не имеет никакого участия в царствии Божием; и, далее, веровать, что все это он получит от Бога. Так случилось с Моисеем.

Так, совершенно так, каждый должен и сегодня сделаться христианином через веру, потому что апостол Павел говорит христианам своего времени: «Ибо все вы сыны Божий по вере во Христа Иисуса» (Гал. 3:26). Там не было ни одного чада Божия по рождению, по плоти, как этого хотят сегодня многие. Окружающие нас отдельные люди и целые народы, и притом так называемые «христианские народы», отвергли путь Божий — они все сделались «христианами» без веры. Но зато их христианство и подобно делу рук человеческих.

После того как они родились по плоти, другие пришли и совершили над ними наружный обряд и с этого времени назвали их «христианами». Эти бедные «христиане» не могли ни слушать, ни понимать, чему и в кого они должны были верить, и, таким образом, они остаются без веры. О, как они обмануты!

Пришли ли вы к вере и — через веру — к Богу? И когда это случилось?

Если вы, как недавно некая женщина, говорите: «Я всегда верила», — то это лучшее доказательство того, что вы не пришли к Богу и что ваше христианство еще никогда не начиналось.

Заметьте только: Моисей пришел к Богу в зрелом возрасте. «Пришед в возраст» — сообщает Бог о нем. Это же означает, что он был уже в таком возрасте, когда он вполне хорошо знал, что ему надо делать и что он делает; в такое время, когда он сам лично должен был решать, а не кто другой за него. Он пришел, таким образом, в полном сознании к своему Богу. И невозможно никак иначе встретиться с Богом или вступить в какое-либо общение с Ним.

Конечно, Моисей мог многое иметь в памяти о Боге от своей матери, может быть, даже носил эти воспоминания в сердце, и при дворе царя мог думать о всем том, что он знал о Боге; однако это не сделало его чадом Божиим. Только тогда, когда однажды в нем созрело решение: «Я не могу больше иначе, я отдаюсь Тебе, о Господи, и принимаю Тебя всем сердцем!» — он перестал быть израильтянином по плоти, он сделался израильтянином по духу, потому что Бог овладел им. И — смотрите! — день, в который это случилось, настал, когда он пришел в возраст.

Позвольте мне, дорогие читатели, поставить вам вопрос: настал ли для вас уже этот день в таком возрасте, когда вы сами можете думать, размышлять, судить и решать все относящееся к вашей душе пред Богом? Если этот день еще не настал для вас, то не будьте покойны, потому что дело за вами — как некогда дело было за Моисеем.

Посмотрите только: Евангелие всегда обращается к таким, которые доросли до того, что могут быть ответственными, к таким, которые имеют разум и понятие, которые могут слушать, понимать, принимать или отвергать.

С теми, которые не могут еще так поступать, оно не имеет никакого дела. Поэтому Господь посылал учеников Своих проповедовать всем народам; отныне каждый должен был слышать, понимать и совершенно сознательно и самостоятельно решить о себе и своей душе. И вам возможно вступить в связь с Богом не иначе, как только сознательно и лично.

Кроме того, у Моисея выдвинуто еще одно свойство веры: его вера, или приход к вере, были связаны с большими жертвами.

Все еще существуют люди, которые, может быть, сделались бы верующими христианами, если бы только они могли ожидать от этого какой-нибудь земной выгоды; но лишь только они видят, что они должны отдать все то, что связывает их с неправдой, нечистотой и кривыми путями, — они уже не желают ничего больше знать об этом. Вера в Христа Иисуса, которая чего-нибудь стоит, им не по вкусу.

Не так было с Моисеем. Он ни на мгновение не думал о том, чтобы мир с его похотью плоти, похотью очей и гордостью житейской соединить с жизнью в Боге. Он не мог стать верующим, опутанный и связанный сетями, окружавшими его, как хотят этого иные,сегодня; но, чего бы это ему ни стоило, он желал порвать все золотые путы — и он стряхнул их с себя совершенно и сразу. Пришел день, когда он открыто отказался от того, в чем тысячи позавидовали бы ему; он более не хотел «называться сыном дочери фараоновой». Крик возмущения мог раздаться в рядах вельмож всего царства египетского. «Ничего подобного еще не бывало! Безумец! Он не в своем уме!» — говорили, вероятно, во всех кругах общества. Как, надо думать, они ломали голову над вопросом, что могло быть причиной подобного шага. И когда впоследствии выяснилось, что именно Бог и вера в Него сделала этого мужа столь решительным, тогда было сказано: «Какой фанатизм, какое религиозное сумасшествие!»

Что же значило в те дни быть царственным принцем при дворе царя египетского? Весь мир знал еще только одно государство, Ассирию, которое могло помериться могуществом с Египтом. Какой почет, какая честь были, таким образом, связаны с этим высоким положением Моисея! Все преклонялись перед этим мужем, все считали за счастье обладать его благоволением. Какое довольство, какие хорошие дни — последующий лучше предыдущего — сопровождали его! Там не было забот о существовании — неистощимый избыток. К тому же, какое могущество, какая власть принадлежала ему во всей стране! И вот все это и еще даже больше оставил Моисей, когда увидел, что его языческое положение, его общение с миром, жизнь по их течению — и его Бог, Которого он узнал, не могут идти совместно. Никакая торговля с Богом, никакой компромисс с миром не запятнали первого шага веры в обращении этого человека.

Мы видим, что ни честь, ни довольство, ни власть и связанное с ними не могли привязать этого мужа к царскому дворцу, лишь только он пришел к вере.

Однако там были еще другие цепи — благородное нравственное обязательство, которое он должен был выплатить. Там была благодарность и любовь, которые обязывали его на всю его жизнь. Ведь дочь фараона спасла его от верной смерти; она с большой самоотверженностью приняла в нем участие, когда ему предназначалось не плавать в корзине на водах Нила, а быть утопленным в глубинах его (Исх. 1:22). Она объявила тогда еврейского мальчика своим сыном, а себя — его матерью, и, таким образом, он был не только спасен ею от смерти, но поднят до никогда не предполагавшейся почетной высоты. Он был ей обязан каждым днем своей жизни, который он проживал с тех пор. Не должен ли он был пощадить свою благодетельницу, ради нее оставить этот шаг и не так решительно порвать со двором и с нею все связи?

Как многие еще хотели бы спастись и стать христианами, но вера и приношение жертвы не подходят к их догме — их вера не должна им ничего стоить; они хотят только приобретать, и не только небесное, но преимущественно земное, — таким образом, они начинают торговаться с Богом за каждый шаг, алчно смотрят на мир и на то, что он предлагает, пока Бог не оставит их в стороне, как не достойных Его. Поэтому, кто хочет быть истинным христианином, для того написано слово: «Не любите мира [эту дочь египетского фараона], ни того, что в мире; кто любит мир, в том нет любви Отчей» (1 Ин. 2:15). И еще: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня» (Мф. 10:37): Хочешь ли ты принадлежать Христу? Тогда оставь всю почесть человеческую, всю власть человеческую, волю, любовь человеческую, мир и его похоть, иначе нельзя иметь Христа! Это кажется очень трудно, даже невозможно человеку, но только таким образом можно стать христианином. Посмотрим дальше на примере Моисея,

Как поступать, будучи христианином

Лишь только Моисей сделал свой решительный шаг, как он стал перед новым вопросом: что дальше?

Не в красивых речах заключается христианство — но божественные поступки и божественное хождение делают человека христианином. Они должны безусловно последовать за обращением. В хождении Моисея нам показаны славные следы. Смотрите: он тотчас присоединился к народу Божию. Он избрал народ Божий. Не надо было убеждать и уговаривать его, что он теперь принадлежит к нему. До тех пор он жил с египтянами и его считали за египтянина; может быть, он сам не хотел бы, чтобы его сочли за израильтянина, потому что жилось так хорошо — египтяне были господствующим народом. Но лишь только он пришел к вере, то он сказал себе: «Теперь я ни за какую цену не могу больше принадлежать Египту, потому что отныне я принадлежу Царствию Божию».

Однако где же было Царство Божие во дни Моисея? Может быть, иной в те дни не нашел бы его. Но Моисей обнаружил его. Там, по ту сторону реки Нила, жил бедный, презренный, подавленный народ, народ рабов, ненавидимый и приговоренный к смерти, у которого не было ничего привлекательного, — это был народ Божий. Не ошибся ли он? «О нет, — сказал Моисей, — этот народ знает моего Бога, имеет все Его обетования, и вся его надежда направлена на Него Одного. Этот народ я избираю, ему принадлежать желаю я отныне, чего бы это ни стоило». Тотчас он открыто заявил о своей принадлежности к этому народу. Так это было по воле Божией.

В наши дни мы все снова встречаемся с людьми, которые хотят быть гораздо умнее Моисея в этом отношении: «Я же могу иметь мою веру для себя, могу вполне хорошо быть христианином внутренне, — зачем возбуждать столько внимания и выступать так открыто?» Они считают гораздо выгоднее быть христианином и принадлежать Христу, когда это им удобно, а если это не удобно, то никому не нужно знать, христианин ли он или нет.

Когда я в Болгарии работал на ниве Божией и приехал в третий или четвертый раз в Казанлык, маленький город в восточной Румелии, один человек представился мне последователем Иисуса Христа. Я порадовался знакомству с ним. Затем я спросил его, с каких пор он последовал Христу. «О, уже много лет», — отвечал он очень самодовольно. «А знаете, — возразил я ему, — я каждый год посещаю этот город и таким образом был каждый раз в кругу детей Божиих здесь. Как же выходит, что я ни разу не видал вас в их среде?» Немного смущенно он ответил мне: «Видите ли, дело очень просто, — я так называемый домашний христианин». — «Домашний христианин? Это нечто для меня новое, — возразил я ему, — я не нахожу таких христиан в моей Библии; можете ли вы найти таковых в ней?» По милости Господней я мог показать ему, что следование за Иисусом Христом заключает в себе более всего другого преданность по отношению ко Христу и Его народу. Этот сорт людей ищет, насколько только достижимо, возможность открыть у народа Божия что-либо худое или нечистое, чтобы иметь справедливую причину оставаться вдали от него. Мало-помалу они начинают считать себя слишком хорошими, чтобы принадлежать ему. Конечно, это правда, что народ Господень, к сожалению, и сегодня не всегда таков, каков он должен быть. Однако таким же был бедный Израиль во дни Моисея, и,’ тем не менее, Моисей сказал: «Я принадлежу ему, здесь я хочу быть и оставаться, я хочу этого во имя Господа!»

Заметьте, при этом Моисей присоединился к народу Божию, чтобы страдать, вместо того чтобы «иметь временное греховное наслаждение».

Еще многие не присоединяются ныне к народу Божию, чтобы не страдать и чтобы сохранить больше свободы в наслаждении грехом. Израиль страдал во дни Моисея, им было так тяжело, как редко случалось какому-либо народу на земле. Его путь был очень узок, — он шел по терниям. Для всех египтян было хорошее время; все свои бремена они перенесли на Израиль. В поте лица своего, под ударами бичей надсмотрщиков, евреи должны были служить как рабы. «Будь осторожен, пощади себя самого! — могла говорить Моисею его плоть. — Если ты присоединишься к ним, тебе угрожает точно такая же участь»; Однако Моисей был тверд в своем хождении; он не думал о более легком пути; он ни на мгновение не щадил себя. Пожалуй, Дух Святой уже тогда внушал ему то, что полторы тысячи лет спустя Господь так торжественно «навязал на сердце» Своим ученикам: «Кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня, тот обретет ее» (Мф. 16:25). Итак, Моисей хотел страдать с народом Божиим. Да, он хотел гораздо больше страдать, «нежели иметь временное греховное наслаждение». […]

Как было возможно Моисею ходить таким образом, нам тоже сказано. Здесь написано: «ибо он взирал на воздаяние». Здесь, именно здесь разрешение загадки каждого святого хождения. Святое хождение не коренится в настоящем времени, но в грядущей вечности. Нечистые, душевные и земные люди живут как низшие творения, только для настоящего мгновения, полагаясь только на сегодня.

Какое же это было воздаяние, на котором покоилось око Моисея? Одно ясно из всего, что мы здесь читаем, и из всей истории его жизни: на земле не существовало подобного. Мы же видим, что здесь были страдания, здесь было поношение и горе досыта. Его взор поэтому должен был направляться куда-нибудь в другое место. Для него могло существовать какое-нибудь воздаяние только по ту сторону этой жизни. Но это же слишком далеко, говорит плотской человек, хотя он не знает, будет ли он здесь завтра. Однако Моисей и все те, которые ходят подобно ему, радостно взирают вперед, в те дали, — они дальнозорки, и ради того, что видит там их око, они в состоянии охотно и добровольно отбросить весь этот мир.

Только истинный христианин дальнозорок. Половинчатый, сделавшийся ленивым христианин и люди всего мира вокруг нас — люди близорукие; на их глазу бельмо, бог века сего надел на них свои очки. Для них не существует более славных вещей, чем те, которые может предложить им этот мир. Так как их сокровища здесь, то и сердце их здесь, поэтому им невозможно проводить небесное хождение. Здесь они ищут богатства, здесь они хотят благоденствовать, здесь они так хотят оставаться; и они получают свое доброе в этой жизни, как богач, чтобы вскоре после этого вечно нуждаться (Лк. 16:25; Флп. 3:18-19). Некогда они будут вопиять: «Безумцы мы! мы отбросили истинный путь!»

Братья, сестры, хотите ли вы свято, по-Божески, ходить? Тогда взор ваш должен покоиться там, за пределами этой жизни, вы должны смотреть на воздаяние! Там ходят в белых одеждах те, которые не осквернили одежд своих (Отк. 3:4); там будут подобны Ему те, которые очистились здесь, так как Он чист (1 Ин. 3:2-3), и там престолы и венцы ожидают тех, которые законно подвизаются и побеждают (Отк. 4:4; 2 Тим. 2:5). Моисей видел это воздаяние и видел его только издали. Научимся теперь еще от него и тому,

Как, будучи христианином, достигать цели

Хорошо сделаться христианином, лучше — ходить как христианин, но самое лучшее — остаться христианином до достижения самой цели. На Моисее мы можем выяснить, как это бывает возможно. Как действовал Моисей?

Там мы находим, что он совершенно покинул Египет. Здесь сказано: «Верою оставил он Египет». Очевидно, здесь идет речь об исходе со всем Израилем. Там порвал он всякую связь с этой страной, в которой не существовало ничего, кроме жестокого рабства. Повернувшись к Египту спиной, он обратил лицо свое к Ханаану, Стране Обетованной. Он так решительно уходил, что не оставил даже следа, как ни задерживал фараон. Мы все знаем, что после многих ударов фараон хотел отпустить только мужчин, на что Моисей не согласился. Затем последовали новые удары от Бога. Эти казни сделали египетского тирана податливее, он согласился отпустить жен и детей, но при этом сделал такую вставку: «Пусть только останется мелкий и крупный скот ваш» (Исх. 10:24). Он очень хорошо знал, что, удержи он в своей руке только часть их имущества, рано или поздно они возвратятся снова в эту страну рабства. Но как мало знал он Моисея, потому что тут-то и были произнесены его знаменательные слова: «Пусть пойдут и стада наши с нами, не останется ни копыта» (Исх. 10:26).

О все вы, которые некогда сделались детьми Божиими, вы можете остаться христианами только в случае, если ваш разрыв с Египтом этого мира состоялся полностью! Если там еще существуют связи, которые привязывают вас к этому миру, хотя бы вам и казалось, что это только тонкие нити, они тоже будут влечь обратно и возрастут в несокрушимые канаты. Совершенно порвать, совершенно обратить спину Египту, — вот что должно быть вашим решением. Там есть страна, наполненная счастьем, светом, где солнце больше не зайдет. Туда должно быть обращено ваше лицо — это свободный «вышний Иерусалим… он матерь всем нам» (Гал. 4:26). Не только вы сами должны быть свободны, но и все, что вы называете своим; поэтому не оставляйте ничего в руках князя тьмы. Не успокойтесь, прежде чем все ваши домочадцы не будут освобождены и все ваше имение и достояние не будет принадлежать Христу. Не будьте от мира сего, как и Господь ваш не был от него.

Далее, мы видим, что Моисей стоял, не боясь врага, — «не убоявшись гнева царского». Почти ежедневно являлся он пред глазами его; все снова и снова он мог наблюдать его внутреннюю ярость и вновь слышать его угрозы. Не казалось ли, что он тогда же, как и всякий другой израильтянин, находится совершенно в его власти? Обратим внимание только на его последнюю угрозу: «Пойди от меня; берегись, не являйся более пред лицо мое; в тот день когда ты увидишь лицо мое, умрешь» (Исх. 10:28). Можно ли было ожидать чего-нибудь другого? Никто не действовал так серьезно, стряхивая постыдное иго и освобождаясь от жестокого рабства, хак Моисей, поэтому и вся ярость была направлена на него. Тем не менее, несмотря на то что смерть витала над его головой, когда пробил час Божий, Моисей вышел — и с ним весь народ Господень, «не убоявшись гнева царского».

Не бесчисленны ли угрозы нашего противника, когда мы, полные серьезного решения и рвения, проявляем намерение стоять в полной свободе, в той, которой освободил нас Христос. «Ты так не пройдешь, если ты решился на это, ты погибнешь», — говорит он одним. «Уступи, как делает тот и другой», — говорит он другому. «Я поступлю с тобою так же, как с Иовом, если ты останешься верен, и ты скоро почувствуешь мою тяжелую руку», — шепчет он на ухо третьему. И другим угрожает: «Я нашлю на тебя такие искушения, против которых ты не сможешь устоять, так что тебя покроет стыд и поношение». И так случается, что многие от страха смерти через всю жизнь остаются его рабами (Евр. 2:15). Только когда мы бесстрашно стоим перед противником, когда мы твердо противостоим ему верою, тогда мы остаемся христианами, переходим от победы к победе и достигаем славной цели. Мы очень хорошо знаем, что он ищет, кого бы поглотить, но не поглотил еще ни одного, который скрывался во Христе. Еще одно.

Моисей пришел к цели, неизменно держась Невидимого. Так звучит свидетельство о нем: «Он, как бы видя Невидимого, был тверд». Мы сами не можем ни стоять, ни двигаться вперед и никогда не достигнем цели, если ее достижение будет одним только нашим делом. Это должно быть для нас раз навсегда установлено. Вы видите здесь: даже Моисей не мог сделать шага без Невидимого; Он был ему Альфа и Омега, начало и конец; Он был ему крепость и твердыня. Моисей так судорожно держался за Него, что когда Невидимый из-за грехов Израиля однажды уклонился идти далее с ними, Моисей просто не решался двинуться с места и сказал Ему: «Если не пойдешь Ты Сам с нами, то и не выводи нас отсюда» (Исх. 33:15). Он стоял за то, что бесконечно лучше оставаться с Ним в безводной пустыне и, если придется, умереть там, нежели без Него войти в страну, текущую молоком и медом. Вот это те люди, которые, без сомнения, достигнут цели, потому что ведущая рука, за которую они ухватились, верно приведет их туда.

Также -и вы, читающие это, останетесь истинными христианами, достигающими цели, только когда вы научитесь этому у Моисея. Научитесь быть одно с Невидимым, научитесь выйти с Ним из Египта этого мира, проходить с Ним пустыню за пустыней, преодолевать встающего на пути Амалика, с Невидимым верою брать’ во владение то, что Он во Христе подарил нам, и с Ним, подобно Моисею, подняться на последнюю гору, чтобы оттуда обозреть невидимое — вечное наследие, и в присутствии Невидимого, как бы видя Его, переселиться в вечную родину. Там не нужно уже больше ничего — вы у цели!

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: